В этом процессе радикального преодоления прежней, новоевропейской музыкальной парадигмы и обнаружения принципиально иной, — холистской «метапарадигмы сферы» особая роль принадлежит композиторам так называемой Дармштадтской сериальной школы, — это П. Булез, К. Штокхаузен и Л. Ноно. А среди композиторов этой группы наиболее важной оказывается фигура К. Штокхаузена, в творчестве которого реализация холистской метапарадигмы, парадигмы сферы осуществляется наиболее последовательно, принципиально и многообразно. И в этом смысле можно утверждать, что обнаружение и реализация указанной метапарадигмы собственно и составляет самую глубинную суть современной Новой музыки или, иными словами, в чём собственно и состоит её «новизна».
Обнаружение в современной музыке новой мета-парадигмы означает также восстановление (изначальной) космологической картины мира (или, в терминах К. Штокхаузена, — обретение Новой Космологии), направленной в своих основных интенциях, помимо прочего, также на принципиальное и радикальное преодоление в музыке индивидуализма и антропоцентризма (как едва ли не основных составляющих новоевропейской метапарадигмы) и выход на уровень над– и сверх–индивидуальный, а именно, — общекосмический и сакрально-метафизический. «Тот аристотелевский способ мышления, — подчёркивает в данном отношении К. Штокхаузен, — который позволяет говорить об объекте без субъекта, подошёл к своему завершению. Он становится специальным случаем в способе мышления неизмеримо более широком. <…> Существует возможность постгегелевского и тем самым постаристотелевского способа мышления, по меньшей мере, в трёхмерной и n-мерной логической системе, где уже нет простой оппозиции между объектом и субъектом» 2. А также как продолжение этой же мысли: «Существует бесконечный ряд из Я (т.е. субъекта, - М.П.), бесконечный ряд из ТЫ (объекта, - М.П.) и бесконечный ряд из ТОГО (ИНОГО) (т.е. особой интегрирующей истоковой инстанции, — трансцендентного Принципа-Истока, пребывающего по ту сторону (за пределами) как субъекта, так и объекта, - М.П.) и именно они и составляют в данном случае смысл. В классической логике третье всегда исключалось.<…> В новой космологии эти традиции интегрированы между собой» 3.
Проекцией холистской метапарадигмы сферы с её новой (небывалой) триадной, n-мерной музыкальной логикой на уровне конкретно-композиционном оказывается выстраивание поливекторной или многопараметровой (мультидименсиональной) музыкальной ткани (с изобретением «музыкальных событий» того или иного типа) в соответствии с тем или иным принципом построения космоса в каком-либо из его аспектов и в различном масштабе, — от мельчайшего микро-уровня до максимально возможного наивысшего уровня выстраивания общекосмических циклов в целом. Отсюда наиболее общий принцип построения того или иного произведения К. Штокхаузена, той или иной его композиции это единый органичный процесс, который возможно представить как процесс «огибания» сферы, прохождения через её различные сектора с возвращением к первоистоку.
Такой способ выстраивания на уровне конкретно-композиционном можно обозначить как принцип «круга» (или «сферы», также «цикла» либо «спирали») или «принцип сферичности». Сам К. Штокхаузен обозначает такой принцип «периодичностью» или «циклом» (в их изначальном смысле), а также как волновой принцип, принцип вибраций, или принцип «Дыхания Вселенной (Бога)». Естественно такой принцип реализуется как единый, нерасчленимый (на индивидуальные составные части) процесс, не имеющий (в отличие от парадигмы «линии» и именно в данном смысловом контексте) ни «начала», ни «середины», ни «конца», что среди прочего составляет, согласно К. Штокхаузену, также сущность так называемой «музыки сфер»: «Периодичность, — подчёркивает К. Штокхаузен, — это один и тот же аспект как самого большого, так и самого малого. И в музыкальном творчестве всегда необходимо обнаруживать какой-либо из аспектов Универсума. <…> Имеются большие периодичности года, месяца или луны, дня, а также космического года. Существует фундаментальная периодичность всего космоса, когда он расширяется и сжимается — [это] ОН дышит, Бог дышит всегда, естественно, периодично, насколько возможно об этом помыслить. Это фундаментальный принцип Вселенной, а всё прочее лишь частичные проявления этого принципа — годы галактик и солнечных систем, и т.д. И нисходя до атомов и даже [внутри]атомных частиц, всегда существует периодичность» 4; «Каждый объект в мире, — продолжает К. Штокхаузен свою мысль, — вплоть до мельчайшего атома производит волны, которые возможно трансформировать в волны акустические. <…> Всё производит звуки. Каждая звезда производит огромное количество звуков.<…> Всё время звучит музыка сфер» 5.
Первое сочинение К. Штокхаузена, в котором реализована новая, холистская музыкальная метапарадигма с её конкретно-композиционным принципом сферичности появилось уже летом-осенью 1951 года. Это сочинение Kreuzspiel/Перекрёстная игра для гобоя, бас-кларнета, фортепиано и трёх исполнителей на ударных инструментах. В нём единый музыкальный процесс развёртывается в трёх основных стадиях. Их наиболее общий принцип выстраивания состоит в следующем. В первой стадии музыкальные события излагаются от крайних регистровых позиций (и тем самым от периферии пространственно-временного континуума, периферии сферы) к (её) центру, центральной позиции континуума (срединному регистровому положению), и после их взаимного пересечения в указанном центре музыкальные события вновь достигают крайних регистров (периферии пространственно-временного континуума или сферы):
![](Picture/issue3_2012/prosnyakov/4.jpg)
Во второй стадии музыкально-космологическое пространство как бы обращается внутрь, и музыкальные события излагаются от центра сферы, центральной (регистровой) позиции и распространяются к периферии пространственно-временного континуума, а затем вновь сжимаются к её центру:
![](Picture/issue3_2012/prosnyakov/5.jpg)
При этом как первая, так и вторая стадии излагаются в прямой направленности времени и тем самым совместно представляют собой в разных аспектах процесс развёртывания космоса, этап его расширения. Из них первая стадия это внешний аспект развёртывания: от периферии к центру и обратно. А вторая — внутренний аспект развёртывания: от центра к периферии и обратно. Парадигматически этот процесс можно отобразить полуокружностью (полусферой), нисходящей по ходу часовой стрелки:
А в третьей стадии композиции Kreuzspiel совмещается действие обоих принципов: от периферии сферы к её центру и обратно, а также от центра сферы к периферии и обратно. Однако музыкальные события в третьей стадии излагаются в обратном порядке. То есть, направленность времени в третьей стадии меняется на противоположную:
![](Picture/issue3_2012/prosnyakov/8.jpg)
Поэтому парадигматически этот процесс можно отобразить как продолжение полусферы, — восходящей по ходу часовой стрелки к своему истоку:
![](Picture/issue3_2012/prosnyakov/9.jpg)
В результате получается геометрическая фигура круга или, точнее, сферы, (в строгом смысле цикла или спирали) как принципиально новая метапарадигма в музыке, оказывающаяся отображением фундаментальных обще-космических процессов возникновения и исчезновения, расширения и сжатия, развёртывания и свёртывания в их различных аспектах, то есть, предельно обобщённо также как дыхания или пульсации космоса, в чём и состоит собственно обнаружение нового, сверхиндивидуального, холистского и трансцендентного, метафизического измерения в музыкальном искусстве:
![](Picture/issue3_2012/prosnyakov/10.jpg)
2. Cott J. Stockhausen. Conversations with the Composer. London, 1989. P.74.
3. Ibid. P. 156. См. также сн.1.
4.Ibid..P.27.
5. Ibid. P.75-76.